Дорос до фашизма?

Дорос до фашизма?

После усаживания в кремль, Путин довольно долго не подавал признаков жизни. Даже родилась шуточка о переименовании колхоза «Путь Ленина» в «Лень Путина». А он, как стало понятно спустя некоторое время, был занят поиском ответов на естественные вопросы по случаю такого чуда: «зачем это?» и «каков его смысл?». О найденном он сообщил в т.н. "мюнхенской речи".

«Я не создал фашизм, я извлёк его из подсознания итальянцев», говорил Бенито Муссолини. «Путинизм» не выдуман, а почерпнут из придонных слоев «глубинного народа». Но если поскрести по дну, то можно было найти и не такое.

В подсознании граждан РФ была найдена национальная идея – ею стала обида на судьбу. Обида за потерю великой страны.

В поисках ответа на обиду по причине невозможности начать с начала – с создания экономических, научно-технических, социальных оснований чести и достоинства страны, предпосылок вожделенного величия, - решено было начать с конца – с создания ощущений и впечатлений, соответствующих величию. Самые яркие впечатления – впечатления детства и отрочества. «Путинизм» взял подростковые представления о чести, достоинстве, величии, поддавшись искушению дармовой бомбы и семикратно вздорожавшей нефти, посчитав это серьезным основанием для подобающих чувств. А тут еще и деды воевали – так что деваться от величия было просто некуда.

Для стимуляции или симуляции нужных ощущений у себя и публики «путинизм» прибег к необходимому для таких нужд истошному патриотизму, основанному на мифологизированной истории, к которой он не имеет отношения, к милитаризму, расширению географии врагов, к внешнеполитическим авантюрам.

Нужды возрождения величия потребовали установления полного контроль над СМИ, сведения буржуазной демократии к видимости, к ее пустой процедурной оболочке.

По ходу минувших лет декларированные «возродительные» идеалы, смыслы и предназначения быстро отошли к разряду пропагандистского прикрытия, уступив место унылому по своей сути, хотя и раскормленному «материализму», имеющему целью обеспечение абсолютной приоритетности узкоклассовых интересов верхнего номенклатурно-олигархического слоя. Процесс шел параллельно с бюрократическим ренессансом, создавшим массовую опору «путинизма». Эта опора также не лишена доступа к живительным сокам воровства и коррупции, - без них нынешняя российская государственность просто засохнет. Братва из 90-х также доросла до понимания, что пора взрослеть, менять малиновые пиджаки и тренировочные штаны на костюмчики от Бриони, пора организовываться, вступать в ЕдРо, пора обзаводиться своим государством.

Остальные же классы общества являются скорее «классами в себе», чем «классами для себя». Однако даже призраки классовой борьбы должны внушать опасение. Но «путинизм» нашел спасительное избавление от классовой борьбы в народном единстве. Благодать избавления от «классовых иллюзий» достигается «социальным партнерством», «социальной ответственностью бизнеса» и избавлением наемных работников от «группового эгоизма».

Подобная благодать, восторжествовав в свое время и в фашистской Италии, сразу оказалась олигархической системой. Олигархия - главный выгодоприобретатель такого «бесклассового» общества в отличие от рабочих, да и мелкой и средней буржуазии до кучи, потому как соблюдение ее классовых интересов в таком государстве гарантировано их замечательным совпадением с государственными интересами. Идиллию дополняло сращивание фашистской партии и фашистских профсоюзов.

Говорят в РФ нет олигархии, нет власти немногих. Утверждается это на том сновании, что хрестоматийная олигархия – это публика, способная, благодаря своему экономическому влиянию, напрямую влиять на государственную власть, минуя рычаги, предоставляемые буржуазной демократией. Но в РФ речь уже давно не идет о каком-то влиянии. В РФ экономическая и государственная власть попросту принадлежит тем немногим, которым и следует по праву носить высокое звание олигархов. Персональный состав олигархии известен – это публика, периодически собирающаяся в кремле для выработки указаний «ветвям власти». Нынешняя относительная внешняя сплоченность олигархии вполне достаточна для присвоения ей звания «монополия».

Если считать, что «путинизм» «дорос» до фашизма, то это бесцельный, унылый, постно-буржуазный криминально-полицейский недофашизм. Даже его людоедство какое-то диетическое, вегетарианское, комбикормовое. В своей фашизации он тоже начал с конца, миновав, например, философско-романтический период, подобный таковому у итальянского, без своего «майн кампфа», без всякого баловства с социализмом.

«Путинизму» ставят в вину полное отсутствие образа будущего. Какой уж там образ будущего, когда не понятно, каковой окажется итоговая роль Путина - Николая Второго, Горбачева или Гинденбурга. Во введении к переизданию работы Маркса «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 гг.» Энгельс писал: «За полным отсутствием сколько-нибудь выдающихся личностей партии порядка пришлось наделить одного человека силой, которой не было у всего её класса, и таким путём раздуть его в какого-то великана. Так возник миф о Шангарнье — «оплоте общества». Наглое шарлатанство, таинственное важничанье, с которыми Шангарнье удостаивал носить на своих плечах весь мир».

Сергей ИВАННИКОВ


Главное

Новости




С наступающим!


Наша газета

Красный Локомотив № 5(25) скачать
Новая Альтернатива № 2(59) скачать
Красный Локомотив № 4(24) скачать

Мы в социальных сетях