Несколько слов по поводу выборов

Несколько слов по поводу выборов

Немалое число наших товарищей увлеченно клеймит «выборы» как постановку, фарс и т.д., думая, что таким образом они вскрывают их тайны и позорят постановщиков.

Никакого позора тут нет и никому не уйти от признания трудов организаторов и исполнителей постановки успешными, ведь результаты всяких трудов следует соотносить с замыслами трудящихся. Можно и не изобретать новые слова, а использовать условное название прошедшего мероприятия как «выборы», потому что истина конкретна, а словарное значение слова никогда не выражает обозначаемое явление во всей его полноте. Ну, выборы – и выборы, лишь бы не забыть, что конкретно имеется в виду.

К очевидностям следует отнести факт, что итоги выборов касательно расположения номинантов (по крайней мере тех, кто представлял какой-то интерес) в итоговой турнирной таблице совершенно естественны и иных не ожидалось. Нельзя в моделировании гипотетических ситуаций превозмогать разум и фантазировать насчет, например, участия Путина в каких-то двух- или многосторонних дискуссиях, тут пришлось бы существенно менять само значение слова и понимание смысла «выборов в РФ». Но, если бы (что уже несколько более пригодно для мысленного эксперимента) государство еще в декабре обрело успокоение вплоть до 19 марта, пустило бы кампанию на волю естественного хода событий, дало бы отдых столь привычному «административному ресурсу», не велело бы своей пропагандистской дворне озорничать в телевизоре, а также, раскрыв рот, просто наблюдало бы за ходом голосования, а затем не прибегло бы ни к каким премудростям, кроме арифметики, то это расположение не отличалось бы от явленного нам без всяких «бы».

Вся отеческая «помощь» «волеизъявлению граждан» лишь поменяла высоту первых нескольких ступенек пьедестала почета в этом мимолетном конкурсе предвыборной песни, но не их иерархию. Один человек – это полная неопределенность. Тысяча уже намекает на какие-то вероятности. Десятки миллионов позволяют уверенно рисовать «кривую Гаусса» и вычислять, сопоставляя с ней, арифметическое значение рукотворных выбросов на «кривой ЦИК», судьбоносно созвучных слову «вбросы».  Эти выбросы на последних выборах (какие-то мрачные типы уже пророчат, будто эти выборы - последние от слова «вообще») равны примерно 10 миллионам, что уступает рекорду выборов медведевских - там «корректировочных» голосов было 15 миллионов. Очевидно, что эти 10 миллионов затеяны не ради кого попало, а ради, во-первых – явки, во-вторых – Путина, или наоборот, что уже не важно. Без такой 10-миллионной помощи результат Путина был бы равен 45 миллионам, это ниже оглашенного, что нетрудно подсчитать, примерно на 5,5%, то есть он был бы примерно 71%.

Можно оценить и помощь итоговым результатам, оказанную «мочильщиками» Грудинина и его головотяпами-выдвигателями, в размере его недобора до 12-миллионных зюгановских показателей 2012 года (версию, будто нормально подготовленный кандидат от КПРФ, да еще с подпиткой какой-нибудь вменяемой коалиционностью, с добросовестной командой мог бы получить меньше Зюганова, отбросим) – то есть примерно в 4 миллиона голосов (эти 4 миллиона следовало бы взыскать как минимум в установленном законодательством денежном эквиваленте – то ли 20 руб., то ли 152 за голос, сколько там? - с продвигателей Грудинина и с него самого в пропорции, какую они сочли бы приемлемой - ведь этот недобор всецело на их совести, - и раздать всем, за него проголосовавшим, как потерпевшим от такой саботажной бестолковости инициаторов и менеджеров проекта). Эти 4 миллиона также вычитаем, разумеется, не из результатов, например, Собчак, а из чемпионских показателей, доведя их до 41 миллиона. Для оценки более тонких содействий результату можно прибегнуть к более зыбкой опоре - экспертной оценке, но вряд ли какой эксперт сможет нарисовать картину, способную переместить от чемпиона к серебряному призеру еще половину разницы между первым и вторым местом – это примерно 14,5 миллионов голосов, - необходимую для перемены мест слагаемых. А если иметь в виду программу минимум – принуждение ко второму туру, что стало бы катастрофой – не в жаре «выборов вообще», а в жанре «президентских выборов в РФ», -  то задачу с 14,5 миллионами можно упростить до 9,5 миллионов, без которых результат лидера первого тура опускается ниже 50%. Попутно добавлю, что если бы до кампании допустили тов. Лисицыну, то нам, наверное, была бы небезынтересна ее интерференция с товарищем Максимом.

Строго говоря, эти 9,5 миллионов и исчерпывают калькуляцию путинского «триумфа» в его арифметическом выражении и определяют тот «электоральный массив», который был держателем «золотой акции» ЗАО «государство РФ», хотя об этом и не подозревал. Ну а если бы и подозревал – на тот случай никуда не делась упомянутая выше отеческая «помощь» «волеизъявлению граждан».

Вся эта цифирь подсказывает, что без воинственного допинга и подсуживания чемпион вполне собрал бы более 50 процентов  при пропорциональной явке. Такой результат - все равно весьма тоскливый, - никаким сюрпризом с точки зрения социологии не является. Его объясняет архаизация общества, неуклонная деградация страны, нарастание смутного ощущения угроз.

Ощущение угроз пропаганда усердно «рационализирует» внешними обстоятельствами - «русофобией», готовностью запада к агрессии т.п., - конвертируя тревогу людей за свою судьбу в условиях путинской «стабильности» в тревогу за «Россию» в условиях «происков империализма», на роль которой, как и положено, поставлено начальство. Не нов со времен царя Понька и феномен наибольшей поддержки власти на всяких выборах со стороны бедных и неорганизованных слоев населения, в толщу которых отправляется все большее число сограждан. Бледность субъективных носителей альтернатив воспринимается обществом как отсутствие самих альтернатив, это увеличивает на всяких плебисцитах число голосов за власть, что вовсе не обещает власти действительной поддержки в случае практической надобности.

Такой результат – более чем достойный для политического турнира под названием «выборы» в условиях унылой буржуазной демократии. Но для «выборов в РФ» в бодрящих условиях «осажденной крепости» - действа давно не политического, но сугубо политтехнологического, - итоги без всепопирающего триумфа столь же немыслимы, как какая-нибудь «Песня года» без фанеры.

Отсутствующая за ненадобностью внутренняя политика в смысле институциональном (что очевидно при туземном парламентаризме и судопроизводстве), социологическом (ввиду отсутствия внятных социальных групп, способных стать субъектами политики), не говоря уже о т.н. «телеологическом» (какие уж там у РФ цели?!), замещена политтехнологией тренингов лояльности для подданных, а вопросы, способные быть предметом политики, решаются в эстетике, привычной для Руси со времен Орды, если вообще ставятся.

Политическим значением все эти проценты обрастают для нужд внешних, дабы запад знал, что лозунг «народ и партия – едины» жив, и этот народ всякую санкционную и прочую непочтительность по отношению к «партии» (а кто у нас начальник партии - все знают) отнесет на свой счет. Это дает надежду Путину, что на вечный русский вопрос «ты меня уважаешь?» он получит, наконец-то, желаемый ответ.

Сергей ИВАННИКОВ


Главное

Новости





Наша газета

Красный Локомотив № 2(17) скачать
Новая Альтернатива № 1(40) скачать
Красный Локомотив № 1(16) скачать

Мы в социальных сетях

AA